Суббота, 21.09.2019, 08:24

ЗИНАИДА ГАЙ

Сайт автора книг об энергиях планет в человеке

Меню сайта
Календарь
«  Сентябрь 2019  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

"Ода" плакальщикам

            То, что люди умирают, я поняла только в девять лет. В нашем подъезде, на верхнем этаже умерла старая женщина. Она была очень толстой и ходила с двумя палочками, которые поддерживали ее массивное тело. На ее голове почти не было волос, и потому мы дразнили ее "лысым пряником". Она была совершенно одинокой, к ней никто никогда не приезжал  в гости. Из соседей тоже никто с ней не дружил. Эта тетка со странной фамилией Червякова была блокадницей, а все ее родственники умерли от голода еще в войну. А теперь ее хоронили солдаты. Не почетный караул, а просто солдаты, и нам это было интересно. Потом все ее вещи вынесли на улицу, а до помойки не донесли.        

            Меня поразило, что их, вещей, было очень много. Она жила в маленькой однокомнатной хрущевке, а казалось, что выносят из огромного старинного дома. И как только у нее все помещалось? Старую мебель почти сразу расхватали соседи, якобы для садов. Мы даже не успели как следует попрыгать на пружинной кровати. А вещами соседи побрезговали, потому что они сильно воняли. Так впервые я услышала запах старости и смерти. Он мне стал противен навсегда. Вещи этой умершей соседки долго валялись сначала в мешках, потом мы их распотрошили. Было интересно посмотреть, что там. Там был один хлам и безумное количество фотографий и старых писем. Мы с любопытством разглядывали фотографии, но скоро стало неинтересно, потому что там были какие-то военные дядьки и тетки в шалях.

            Я все-таки нашла для себя одну интересную, как мне показалось, фотку. Это была не фотка, а маленькая вырезка из журнала, приклеенная на твердую бумагу. На ней был изображен очень красивый мужчина в военной форме. Он был так прекрасен, что я потихоньку принесла его домой и спрятала, потому что мать не разрешила бы мне этого ни в коем случае. Под фотографией была подпись "Александр Македонский". Я думала, что это какой-нибудь родственник той тетки, только много позже я узнала, кто это на самом деле. 

              Этот Македонский на несколько лет стал главным поверенным моих тайн. С ним я советовалась, ему я рассказывала все мои печали, а он меня понимал. И мне казалось, что он даже отвечает на мои детские вопросы. Так было до пятнадцати лет, пока фотография не исчезла без следа. Видимо, моя мать просто выкинула ее, как старую бумажку, когда в очередной раз устроила генеральную уборку. Но без моего участия. Я ей вопросов на счет этой картинки не задавала. Единственная память о нем на моей фотографии того времени. На оборотной стороне ее я тогда написала слова: " Я - все, я - ничего, я - нуль, я - миллион, и буду снова нуль, а значит бесконечность!" Мне было пятнадцать лет, и мать, увидев эту надпись, подумала, что я ее где-то списала. Она была известной учительницей и потому знала, что дети в таком возрасте такие умные слова не могут выдумать. Я  с ней не спорила.

            А ту умершую тетку я помню до сих пор. Вернее, ту кучу мусора, которая после нее осталась. Может быть, поэтому я стараюсь после себя ничего не оставлять. Кроме порядка, конечно. И в самом деле, если подумать хорошенько - сколько мусора остается после каждого из нас? Я имею в виду весь мусор, за всю жизнь. Это же ужас. И куда он девается? Он наползает на города со всех сторон.  Сейчас это вопрос вопросов для мэров городов. Я думаю, что можно привлечь самих обитателей свалок. Не гонять их палками, а позволить жить и даже строиться там при условии, что они весь этот мусор будут засыпать постепенно землей. И сажать на этой земле какие-нибудь кустики и траву. Такие, чтобы смогли вырасти. А земля сама переработает весь это мусор. Ей будет легче сделать это, если и сверху кто-то или что-то поможет.

 

            Так вот в чем причина моей жестокосердности? В том, что я считаю все ненужное мусором? А ненужное - это умершие тоже? Ничего себе додумалась! Довспоминалась, целесообразная ты наша. Царевна - неплачена.

 

            Став взрослее, я поняла, почему люди плачут, когда кто-то умирает. Потому что они жалеют себя, примеряют на себя все эти дела. Живых не так жалеют, как уже умерших. И нечего кривляться, что умершего жалко. Себя вы жалеете, когда плачете, знаете, что ваша очередь все ближе.  А мне себя было не жалко, и платьишки покойников я на себя примерять не хочу!  Во всяком случае, пока жива. И любить человек может только живое, если он Человек, конечно.

            Также я думала о том, почему все старики так сильно цепляются за жизнь? Вот молодые не очень-то хотят жить, а старые люди - наоборот. Привыкают, что ли? Были минуты и даже часы отчаяния, когда я говорила одному самому близкому другу, что лучше бы Бог дал жизнь только тем, кто действительно хочет жить. Вот было бы справедливо. А он, как всегда как-то мудро, ответил мне: " Ну-у, мать! Тогда останутся только те, кто уже умирает по-настоящему и старики древние". Как ушатом холодной воды облил. И вправду получается так. Ведь мы, молодые и сильные, не хотим жить так. И мучаемся от безысходности. А старики и действительно больные очень хотят жить даже так.. Странно как-то все сложилось.

            Смерть же, по моему разумению, всего лишь Дверь в другую жизнь. Или как там это называется. Но почему она, а не сама жизнь, является главным погонялой? И почему ее уважают гораздо больше, чем жизнь?  В одномоментности, что ли, дело? Но ведь и жизнь один раз всего? Вот на этот вопрос у меня нет пока ответа. Почему я так часто хотела Туда, в Ту Самую Дверь? Вроде я не мазохистка, боли не люблю. Издевательств тоже. Хотя когда-то, в глубоком детстве откусила маленькому котенку кончик хвоста. От восторга! Это я точно помню. И вкус волос от хвостика тоже запомнился.

 

            - Смотри, мужик какой-то голосует. Ветер! Да он же безногий! Как же он в такую глушь забрался?

            - надо помочь, давай подвезем...

 

            Мы ехали в другую сторону, навстречу этому старому инвалиду. Он не махал руками, а просто стоял на обочине и курил. Вместо ног у него были колесики, вот он и катил потихоньку в сторону селения, которое мы давно уже  проехали. А может, просто ходил по стране. Мы все же остановились около него. Вдруг ему совсем недалеко? Мы бы подбросили, места в машине много. Обычно мы никого не подвозим, а тут такое дело. Но он поблагодарил и сказал, что все равно кто-нибудь его довезет. Его местные знают. От сигарет не отказался. Может быть, потому что заметил, как Ветер вытащил пачку из целого блока. По всему было видно, что такой человек подачки не примет, потому что он не нищий и не побирушка. В его глазах было достоинство, не смотря на то, что он оказался на обочине жизни. Так нам, во всяком случае, казалось тогда. Я сразу вспомнила дядю Мишу.

Далее

Яндекс.Метрика